Страницы дневника: новости

Иду, значит, с утреца от дома к метро. Ни о чем таком не думаю и настроение хорошее. А тут, как птица в турбину боинга, мысль в голову залетает. Вспомнилась недавно читанная статья "Возвращение литературоцентризма ..." и там дальше еще что-то в названии, Марка Липовецкого. И прочитал-то ее случайно, и вспомнилась не вся статья, а начало. Там автор говорит, что перестал различать "настоящие" новости, приходящие из России, от "фейковых". И дальше "...избыточное чтение российских новостей вообще понижает способность к критическому мышлению". А ведь точно! Правда, тут хочется добавить - зато развивает фантазию. И вспомнилась вся эта муть с "Тангейзером". 

Сейчас-то вроде отшумела. А поначалу на две, две с половиной магнитуды тянула. Вот, и как-то цепочка собственных умозаключений по поводу злосчастной оперы вспомнилась. Сначала подумал - арт-проект пиарят. Потом - бесогоны решили кадилами позвенеть, а то что-то давненько от них ничего не было. Ну и последнее - мудаки. Причем и те, и другие. Нет, умом и сердцем я на стороне театралов, потому что вопрос, так сказать, ни разу не клерикальный, и кому идти на оперу, а кому в церковь - дело добровольное. Ни туда, ни сюда за ноздри пока не тащат. С другой стороны, Дмитрий Быков правильно на эту тему высказался: зачем осовременивать и без того достаточно авангардную вещь, хоть и позапрошлого века? Ведь "осовременивание" у нас подразумевает либо показ крупным планом гениталий, к месту и не к месту, либо перевод классических диалогов в плоскость блатного дискурса (это уже не Быков, отсебятина пошла). Исключения редки и, как правило, незаметны. Ну, да ладно. Меня главным образом заботит то, третье заключение в чистом виде. Ведь вывод "мудаки", волей-неволей, приходится делать довольно часто. Должно быть, по поводу 90% теле- и интернет новостей. Хотя, статистические выводы делать сложно, из актуального информационного потока я практически исключен. Я ведь работаю оператором новостной ленты и сами новости для меня не содержат информативной или идеологической части, только ключевые слова и теги. К тому же, у меня давно развилась профессиональная болезнь - "банерная слепота". Иными словами, то, что по бокам от главной новости мелькает, я профессионально не замечаю. 

Так, обратно к сути. Забеспокоил меня вопрос: для чего тем, кто эти новости создает, нужно, чтобы я приходил к такому однозначному выводу? Для чего так часто и непреклонно представляться мудаками? А мои выводы кое-чего значат! Потому что это я - большинство. Я - средне-статистический гражданин. Средней руки интеллигент. Человек, прошедший "школу" дворовых "понятий", получивший бесполезное высшее образование и работающий не по специальности. Еще не хипстер, но уже и не гопник. Я - это "мы". Мы - это масса. Да-да, а вовсе не румяные молодцы в кроссовках adidas, с георгиевскими ленточками вместо шнурков. Повторюсь, зачем им казаться мудаками в глазах массы? Ответ напрашивается только один: потому что с мудаками принято поступать следующим образом - понять и простить. Дальше, зачем так часто? Чтобы у массы, у нас, вырабатывался условный рефлекс: чего бы ни касалась та или иная резонансная новость, реакция автоматически запускалась - понять и простить. Причем модель эта постоянно проверяется на прочность. Вроде все спокойно-спокойно, вдруг, раз! Милонов выскочит. Раз! Мизулина. Хирург, Шойгу и т.д. Поняли? Простили? Дальше едем.

В итоге, поток новостей, в котором невозможно отличить фейк от правды плюс аудитория, лишенная способности мыслить аналитически, зато всегда готовая понять и простить. 

И с чего это я? А да, у метро бабка газеты продавала. Заголовки, заголовки... и ничего за ними не видно. Все настроение испортила.   

Страницы дневника:здравствуй, мир

В общем, шел как-то с работы домой, вечер, тьма, холод. На аллее пусто, а справа наш районный ТРЦ "Золотой Содом", прямо как Альтаир сверкает. И во всю стену на нем кино-афиша - "Джанго освобожденный". Подумалось еще: странно, вроде фильм давно отгремел, с чего это опять афишу вывесили? А потом другое подумалось, вот если спросить людей какое главное впечатление от фильмов Тарантино? Думаю 8 из 10 скажут примерно так: "всех убили и никого не жалко". И это абсолютно верно, но ведь следующий вопрос - а почему так? Талантливый режиссер, художник вдруг открывает именно это поле, создает шедевры (ну ладно - отличные фильмы), которые не то чтобы аморальны, скорее безморальны. У героев Тарантино мораль полностью отсечена, они как бы вне её. Убийцы не стесняются быть убийцами, нисколько не переживают на этот счет и даже не ищут себе оправданий. Просто какое-то дворовое ницшеанство! Самое же интересное, что именно это и делает их привлекательными для зрителя? Понятно, цельные натуры, идущие своим путем, лишенные сомнений всегда симпатичны.

И все-таки вопрос остается. Чтобы понравится зрителю герой обязательно должен без раздумий выстрелить в лицо противнику, а оператор грамотно показать фонтан крови вперемешку с мозгами? А еще лучше, чтобы выстрел не убивал наповал, а больно ранил и противник еще минуту корячился в луже крови, роняя кал и сопли, а уж потом красивый контрольный выстрел в голову. Не то чтобы я против этого, мне самому фильмы Тарантино нравятся. Повторюсь, интересно - почему они нравятся? Ведь получается режиссер угадал некие общественные черты, процессы происходящие в массах. Именно в массах, т.к. Тарантино - режиссер массовый. Угадал некий сдвиг. Ведь что было до него? До него было - убивать нельзя. Идея, в исторических масштабах, не такая уж древняя. Для нас впервые убедительно сформированная и сартикулированная Достоевским. Конечно, говорилось это и до него. Даже вроде на куске алмаза написали. Но то ли мнению горящего куста не слишком доверяли, то ли мысль для библейских времен была чересчур новаторская.... В общем как-то не прижилась заповедь. В любой культуре, даже куда проникало христианство, перенявшее эстафету десяти заповедей, всегда находилась масса оправданий, делающих убийство законным, оправданным. Да и на неоправданные убийства зачастую смотрели сквозь пальцы.
Если снова обратиться к литературе, что мы видим до Достоевского? Разве Онегин сильно переживает убийство Ленского? Или Печорин - убийство Грушницкого? Нет. Совсем, кажется, не переживают. Да и общество на это реагирует ровно. Людей возмущает не сам факт убийства, а скорее сопутствующие обстоятельства: как оно отразилось на живущих, его причины и следствия, в лучшем случае - форма этого деяния. А если взять еще пораньше... Д'Артаньян - просто массовый убийца. И что? Никаких чувств кроме восхищения ловкостью и удалью молодой гасконец не вызывает. Ну а углубляться в историю рыцарской, античной, нордической, кельтской и славянской резни просто нет никакого смысла. Все и так понятно:  кто кого замочил - тот и богатырь.
А вот Достоевскому почему-то поверили. Его мысль о том, что не только заклятого врага на дуэли, но и мерзейшую бабку - насекомое, нельзя убить дошла до умов и сердец. Не только дошла, но и держалась. Все эти душевные терзания, о которых мы читаем или наблюдаем на экранах, мол, я его убил и как мне теперь с этим жить? Все истории (художественные) о том как убийство меняет, калечит психику стали возможны только благодаря описанному эксперименту Раскольникова. И общество адекватно воспринимало эти истории, с полным доверием. То есть Достоевский тоже уловил некий сдвиг в человеческом сознании. Увидел, что общество находится в переходном периоде от убийства - бытовой нормы к убийству - деянию невозможному. Уловил и сартикулировал. И схема работала практически без переоценок и изменений плюс-минус 130 лет.
Но вот на экраны выходит дебютная картина неизвестного молодого режиссера без специального образования "Бешеные псы". Фильм становится культовым и зрители "тепло воспринимают картину". Так-то! Тепло воспринимают. Что это если не попадание в десятку? Режиссер показывает зрителю именно то, что он хочет видеть - жестокое рассудочное убийство, без раздумий, страхов и угрызений совести. Дальше идет укоренение. Появляются новые фильмы и Тарантино, и других режиссеров, где кровушка льется, а мозги брызжут. Лучшие из них также тепло воспринимаются зрителем. Интересно, еще и то, что и "Бешеные псы", и "Криминальное чтиво", и, скажем, "Доберман" Люка Бессона обязательно имеют и некий комедийный эффект, то есть как бы кровь и смех. Может это банально, чтобы не перегружать зрителя, а может как раз указаны два главных пика удовольствия современного человека.
Конечно, остаются и фильмы с теми самыми достоевскими страданиями, но все-таки доверяешь им уже меньше...
Ну а главное - выходит, в мире где убийство снова перестало быть абсолютным табу, не так уж безопасно идти ночью с работы по неосвещенной аллее.      

Страницы дневника. Пейзаж Дориана Грея

Тут такое дело, шел я вечером с работы, иду себе от метро к дому (в последнее время стал замечать, что на этом отрезке пути со мной ничего хорошего не случается), а вдоль пешеходного пути целый рынок блошиный – кто зеленушку продает, кто ложки из нержавейки, а дедок один свои картины расставил. А у меня пятно желтое на обоях проступило, небольшое, но прямо в центре, к тому же стена – голая. Как-то оно меня напрягало. Вот я и решил облагородить стенку. Выбрал картинку, так чтобы не очень большая и не очень приметная. Пейзажик зимний. Даже разглядывать не стал. Обои у меня светлые, подумал, что картинка вообще с фоном сольется. Вдвойне хорошо: и пятно отсвечивать не будет, и культурным человеком никто не обругает.

Ну, пришел домой, повесил. Пельмешей закинул сварить, и только тут думаю – дай-ка, пойду, посмотрю что купил хоть. Вгляжусь повнимательнее. А там ничего такого, банальщина: снежное поле, курган, на кургане березка облетевшая, под курганом речка, как бы угадывается под толщей снега. Я в живописи то, ни сном, ни рылом. Ни ухом, ни духом даже. Но так, вроде, приятно посмотреть. Присел в кресло, разглядываю. Все лучше, чем пятно. Вдруг, слышу – вода в кастрюле выкипает. Ерунда, конечно, но со мной такое случается редко. Неприятно. И пельмени переварились, и плитку отмывать. Ну вот, сел за стол. В тарелку смотрю, на тесто разбухшее, а думаю про облака на картине (да, там еще облака нарисованы были). Потом плитку оттираю (она у меня белая), а думаю про снежное поле. Что за херня? Как будто мне и подумать больше не о чем? А тут я даже и не думаю, а вижу перед глазами, и как будто это одно и то же: вижу-думаю. Как-то так.

Вернулся в комнату, опять в кресло сел. Смотрю на картину, а она как будто уже не та. То есть, конечна, всё та же мазня. Только теперь она у меня прямо в мозгу. Глаза закрыл – вижу. Открыл – вижу. Не понятно только, что именно вижу. Там и смотреть-то не на что. Говорил уже, чушь полная, такой живописью только дыры и пятна на стенах прикрывать. Ни на что больше не годится. Нет, я понимаю, когда людей цепляют реальные произведения искусства. Рембрандт там, Шишкин… Вот, они приходят в музеи посмотреть на них, что-то им полотна рассказывают, как бы передают. Только, по-моему, ерунда всё это. Ничего они ни рассказать, ни передать не могут. Показать – да. На то она и живопись. Кстати, слово какое интересное «живопись». Получается, картина – это запись, фиксация чего-то живого, или наоборот, запись, которая продолжает жить? Выходит, и мой дедок тоже взял и в свой пейзажик какую-то жизнь поймал? Только откуда он ее взял? Какую нахрен жизнь? Никогда не поверю, что такой пейзаж где-то есть. Даже если дедок реально на природу с мольбертом выехал, все равно нет уже той картины, что на холсте. Всё там другое. И таким, как он нарисовал, никогда не было. Какая же это тогда жизнь, реальность? Но при этом, вот же – я ее вижу. Смотрю на краски (кстати, довольно грубо наляпанные), а вижу реальность! Всю её глубину и прозрачность, до самого горизонта. Вот, тоже любопытно. Картинка-то маленькая и плоская, а вижу я вглубь. Ну, понятно, там перспектива и все-такое. Но перспектива-то – это всего-навсего соотношение между шириной и высотой линий. Откуда ж тогда третье измерение? А оно есть! Еще как! Я, как баран, сижу и луплюсь на картину, а она начинает не только вглубь уходить, но уже и как бы на меня выпирать. Или из меня? Черт его поймет! Тут уже какой-то переход, какая-то подмена. Как будто художник с меня слово взял, что я буду видеть эту самую перспективу, как будто с меня-то она и начинается. Ну, не с меня конкретно, а вообще с любого зрителя, кто по неосторожности на пейзажик взгляд бросит. Но чтобы это все завертелось, нужно, чтобы картина, как видение, постоянно у меня в мозгу присутствовала, а не только на холсте. Получается, именно устремленный на холст взгляд создает эту самую ось z. Глаза видят, сознание отражает, картина выпирает. Такая что ли цепочка? А главный-то вопрос совсем в другом: на хрена я в эту игру вписался? Ведь мозги ж лопаются! На кой-черт мне смотреть на реальность, которая вовсе не реальность, но в сущности реальнее самой жизни? Потому что, хоть дедок явно криворукий, но, зуб даю, когда эту березку на кургане рисовал, старался сделать такую березу, которая всех берез березее. То есть, самую суть березы показать… Эх, жил бы спокойно с пятном на обоях и горя не знал!

Страницы дневника

Стр. 20-21 

Случилось следующее: шел я мимо мавзолея… Впрочем, это другой случай, потом расскажу. На самом деле вот что: шел я к метро обычным ранним утром, часов в 8, в начале девятого. И у самого спуска в подземный переход меня остановил неизвестный гражданин. Безо всяких видимых причин гражданин обозвал меня «тупорылым мудаком». Спускать этого дела я не стал, обратился к патрульному полицейскому, объяснил ситуацию, гражданина задержали. Впрочем, он и не пытался никуда скрыться, в виду сильной слабости в ногах. Решив испытать силу законодательства, я подал на гражданина в суд, с просьбой инкриминировать статью 148 УК РФ – оскорбление чувств верующих. Я на самом деле верю в собственный достаточно высокий интеллектуальный уровень. Хорошо, пускай средний, но в любом случае гораздо выше «тупорылого». Набор же моих душевных качеств, способностью выстраивать социальные и личные отношения, уважение к окружающим и, скажем так, общая чистоплотность моей жизнедеятельности не оставляет сомнений, что и «мудаком» я не являюсь. Таким образом, гражданин во всех аспектах оскорбил мою веру в себя самого. Поскольку же я являюсь убежденным атеистом (это была моя слабая линия в ходе разбирательства) другой веры я не испытываю. Итак, ст.148 налицо. 

Не вдаваясь в излишние подробности, скажу, что после пяти судебных заседаний гражданина признали виновным и приговорили к выплате штрафа и году условного заключения. Надо сказать, что штраф выплаченный в мою пользу едва покрыл судебные издержки, ибо будучи юридически не грамотным я пользовался услугами адвоката, причем сразу нанял хорошего. К тому же мне приходилось отпрашиваться с работы, а пропущенные дни мне зачли как прогулы, что не только имело материальные последствия, но и отразилось на моей репутации в глазах начальства. Плюс дополнительные транспортные расходы, сумма хоть и незначительная, но ее также нельзя не брать в расчет. 

Однако, на моей победе в суде дело не кончилось. Гражданин, хотя теперь правильнее сказать «осужденный», подал на меня встречный иск, требуя открыть дело по статье 128.1 – Клевета. Собрав все материалы уже пройденного дела, в том числе подсчет (приблизительный) моих убытков, потраченного времени и сил (тоже приблизительный), он сопоставил их с размером денежной компенсации, на основании чего планировал доказать в судебном порядке, что я действительно являюсь «мудаком». Таким образом, его высказывание, сделанное у подземного перехода – не более чем констатация факта. Я же, подав на него в суд и выиграв процесс, косвенным образом обозвал его лжецом, что не соответствует действительности, т.к., в своем высказывании он был правдив. 

Опять-таки, не буду вдаваться в излишние подробности, но суд признал его претензии правомочными.